Сосредоточенно рассматривая сосуд с жидкостью, Шин прошипела сквозь зубы:

— Паллис, я ненавижу выпрашивать. Ты даже не представляешь себе, как я ненавижу. Но нам позарез нужны припасы. Из кранов текут почти нечистоты, на Поясе есть умирающие и больные…

Полис залпом осушил сосуд.

— Оставь это, Шин, — сказал он резче, чем ему хотелось бы.

Шин подняла голову и посмотрела на него сузившимися глазами.

— Вам нужен наш металл. Человек с Плота. Не забывай.

Паллис глубоко вздохнул.

— Шин, у нас есть еще один источник. Ты это знаешь. Древняя Команда обнаружила две остывших звезды, обращающихся вокруг Ядра по устойчивым круговым орбитам…

Она тихо рассмеялась.

— А ты забыл, что твой хваленый рудник не даст больше продукции? Правильно, Паллис? Мы не знаем, что там произошло, но по крайней мере это нам известно. Так что не будем морочить друг другу головы.

Паллису стало стыдно, он почувствовал, что краснеет, и знал, что шрамы сеткой выступили на его лице. «Итак, они все знают. По крайней мере, — мрачно подумал он, — мы успели эвакуировать второй рудник Туманности, когда звезда подошла слишком близко к Ядру. Хотя бы тут достойно показали себя. Впрочем, недостаточно достойно, чтобы не лгать о наболевшем с целью получить преимущество перед этими людьми…»

— Шин, этот разговор ни к чему не приведет. Я делаю свою работу, и от меня ничего не зависит. — Паллис отдал ей пустую посуду. — У вас есть одна смена, чтобы решить, примете вы мои условия или нет. Потом я улетаю. И послушай, Шин. Пойми одно. Нам переплавить железный лом гораздо легче, чем вам регенерировать пищу и воду.

Шин бесстрастно взглянула на него.

— Пропади ты пропадом. Человек с Плота.

Паллис почувствовал, как у него опустились плечи, повернулся и поспешил к ближайшей стене, с которой мог перепрыгнуть на свисавшую с дерева веревку.

Наверх карабкалась группа рудокопов с привязанными за спинами железными брусками. Под наблюдением пилота бруски равномерно крепились по краю дерева. На Пояс рудокопы возвращались груженные пищей и водой.