- Я вам приказываю немедленно ехать дальше! рассвирепел я от его неприкрытой наглости.

- Ничего не получится, - спокойно ответил он. - Видите, въезд на трассу завален сройматериалом.

- Объезжайте!

- Не имею права. Директор приказал ездить только по трассе там, где она есть. Придется часик подождать, пока разберут штабеля.

С трудом сдерживая раздражение, я вышел из кабины и подошел к ближней группе "бабочек". Увидев офицера в черной униформе, они бросили разбирать штабель и встали по стойке "смирно".

- Какой идиот приказал сгрузить реи на дорогу? - спросил я у них.

Они угрюмо молчали, показывая всем своим видом, что это не их дело.

- Почему вы голые?

- Нам приказали, - дернула худым плечиком ближняя ко мне девушка.

Мне стало неловко, потому что никто из стоявших передо мной молодых женщин даже не попытался прикрыть грудь. Видимо, они потеряли стыд, заранее простившись с жизнью. Мертвые сраму не имут...

- Кто? - прокричал я, отводя глаза. - Кто приказал? Где ваш начальник?

- На другом конце отряда, командует установкой рей, хрипло ответил один парень.

Я прошел метров сто вдоль живого конвейера из "бабочек", передающих по цепочке из рук в руки тяжелые реи, выкрашенные в серебристую рефлекторную краску, и увидел чуть в стороне обнаженного по пояс верзилу-охранника. Положив на висящий на шее автомат руки, он с шумным выдохом делал приседания.

- Разминаетесь?! - набросился я на него. - Почему вы раздели ликвидантов?

- Чтобы загорали, господин обер-кобра, - отрапортовал он, вытягиваясь по струнке. - Им полезно, а то бледные, как смерть.

- За самоуправство будете наказаны, - пообещал я ему. Немедленно приведите себя в порядок и оденьте рабочих!