— Вот как? И что же он собой представляет?

— Сейчас, когда Ёнаса нет в живых, можно говорить лишь о том, каков должен быть этот орган. Его модель — стохастический генератор триангулярного поля, описываемый системой уравнений Бардина — Прано… — Настенный дисплей засветился столбцами математических символов. — Если ограничить пределы колмогоризации…

— Довольно! — взмолился Абрагам Седов. — В школе мы сидели за одним пультом, и мои способности к точным наукам…

— Какой ты математик, я помню… — Великий Физик незаметно перешел на «ты». — Ну ладно… Суть в том, что источник триангулярного поля, подавляющего барьер ирреальности, не обязательно должен быть в самом человеке, как у Ёнаса. Если поле внешнее… Впрочем, сейчас увидишь. Пойдем, Абрагам!

Они перешли в соседнее помещение. На первый взгляд зал был пуст. Однако, присмотревшись, Седов различил у противоположной стены двухметровую полупрозрачную пирамиду, тонувшую в рассеянном свете бестеневых поликогерентных ламп.

— Генератор триангулярного поля «Ёнас-3». Первые две модели оказались неудачными. Но теперь…

— Послушай, Павел, — Седов впервые назвал Великого Физика по имени, — нетрудно догадаться, что ты задумал. Но ведь эксперимент опасен?

— В определенной мере — да.

— И ты собираешься рисковать чьей-то жизнью?

— Не чьей-то, а своей.

— Без согласия Совета?

— Собственной жизнью я распоряжаюсь сам, — твердо сказал Великий Физик. — А иного способа проверить правильность моей теории нет.

— Другой способ есть, — возразил Абрагам Седов. — Тебе известно, как я мечтал…

— Не надо терять времени, — прервал Великий Физик. — Ты полагаешь, что жизнь председателя Совета Земли…

— Подожди, Павел!

— Все продумано не единожды. Сейчас я войду внутрь генератора и через несколько мгновений буду уже на Земле-2. Пожелай мне, по русскому обычаю…