Клей поднял на меня недоумевающие, полные страдания глаза:

— Ты хочешь сказать, это ранит ее гордость?

Я кивнула:

— Верь мне, ее у многих мастеров вампиров куда больше средней нормы.

Он покачал головой:

— Я знаю, ты хочешь меня утешить, Анита, но только что ты сказала, что ее задетая гордость значит для нее куда больше, чем все ее чувства ко мне. Спасибо тебе за попытку.

— Жалко провалившуюся, — закончила я.

Он дотронулся до меня, добровольно — редкость для Клея последнее время. Сжал мне плечо, очень по-мужски.

— Ага, насчет утешения у тебя всегда хреново выходит, но все равно спасибо.

Он никогда особенно не распускал руки, но после того, как мы спали вместе и он ощутил разгорающийся в постели ardeur, Клей дотрагивался до меня, только если это было абсолютно необходимо. Думаю, он боялся. Намеки на ardeur заставили Грэхема гоняться за мной сильнее, и те же намеки Клея отпугнули. Что одному небеса, другому — ад.

— Мы должны представиться нашим гостям, — сказал Мика, — а тебе нужно переобуться.

Я вздохнула.

— Итак, на этой вечеринке мы предоставлены самим себе.

Встав на колено — осторожно, чтобы не порвать чулки на каменном полу, — я сняла кроссовки.

— Боюсь, что так, — подтвердил Клей.

— Отлично, лучше не придумаешь.

Я встала и позволила Натэниелу надеть на меня первую туфлю, потом Мика меня поддерживал, пока Натэниел надевал вторую. Четыре дюйма каблуки — что я вообще себе думала? Беседу за коктейлем я никогда не вела, но сейчас это не проблема — надо будет, поддержу салонную болтовню. Проблема в том, что эти два мастера в соседней комнате привезли с собой кандидатов в pomme de sang для меня.