Сергей КАЗМЕНКО

ПО ОБРАЗУ И ПОДОБИЮ

Утрата тогда казалась невосполнимой.

Скорбь наша была безграничной.

Еще вчера, казалось бы, полный сил и творческих планов, вечный возмутитель спокойствия, само имя которого многих приводило в ярость (и давало, между нами говоря, неплохо на этой ярости заработать - но это так, к слову), Он ушел из жизни - и оказалось, что вакуум, оставшийся на Его месте, нечем заполнить.

Правда, мы далеко не сразу осознали всю несоразмерность потери. Сейчас об этом как-то странно вспоминать, но первые два-три года после Его безвременной кончины в Него продолжали по инерции лететь гневные стрелы далеко не всегда объективной - что греха таить? - критики. Но постепенно даже тем, кто не слишком-то жаловал Его при жизни, пришлось признать, что в Его лице мы потеряли действительно большого мастера, настоящего художника и человека. Конечно, Его творчество осталось с нами. Остались и те, кто называл себя Его учениками и продолжателями Его дела. Но ничто ведь не сможет заменить нам Его таланта и обаяния Его личности, все это лишь след от сгоревшего безвозвратно метеора.

Примерно так начал я свою речь на том юбилейном вечере. Хорошая получилась речь. Прочувственная. И аплодировали мне дольше, чем Рагунскому, хотя он и член Секретариата. И даже входил в свое время в комиссию по установке памятника - этот тип всегда чует новые веяния и умеет пролезать во все щели. Но сомневаюсь, чтобы он верил хоть чему-то, о чем говорил. Я же не кривил душой, когда сказал, например, что всегда выделял Его творчество из ряда серых поделок, заполонивших нашу литературу. А то, что не говорил тогда об этом - что ж, время было другое. И не всегда можно было прямо высказывать свои мысли и показывать свои истинные симпатии. А что касается той статьи... Во-первых, подписал ее не я один, а писал вообще Карбанов - не то сам, не то с чьей-то помощью. И, по-моему, не стоило бы сейчас заострять на ней внимание.