Ольге и в голову не пришло возражать. Она была перепугана до такой степени, что, не раздумывая, сиганула бы в пропасть, если бы поступило такое указание. Да и раздумывать было нечем. Проблески разума появились у девушки в тот момент, когда проезжали Видное – то место, где ее подхватила Наталья. Их хватило на то, чтобы принять важное решение – никогда не выходить замуж. Наталья не во всем права: может быть, все мужики действительно козлы, но среди них есть еще и другие звери. По большому счету, это она, Ольга, должна сочувствовать Наталье, а не наоборот.

В квартиру Борис вломился так, что Денька носом почуяла – проявлять радость от встречи с хозяином, пожалуй, не стоит. Не стоит и гостеприимно обнюхивать незнакомку, которая болталась сзади хозяина, как сосиска на веревочке. Самое благоразумное – рвануть в кухню и залезть под стол. Уже по дороге в убежище она поняла, насколько своевременно ее решение. В спальне разразился скандал! Через пару минут в кухню вбежал и Лешик, который спросонья никак не мог понять, зачем его разумная и любящая отца мать подсунула ему в кровать какую-то немую девку, специально доставленную для этой цели из Архангельска…

Никакие воззвания к разуму Бориса, никакие доводы так и не могли заставить его принять объяснения жены. Этим же вечером Ольга выехала в свой родной город с твердым намерением никогда больше его не покидать. Борис, получивший через неделю из Архангельска почтовый перевод на сумму стоимости железнодорожного билета, тут же отправил его назад, считая, что за такую сумму легко отделался от неприятностей, которые ему сулила малейшая задержка Ольги в Москве.

По прошествии немалого времени Борис кое-как примирился с «подлогом», но предпочитает не ворошить эту тему. Даже на Димкин вопрос – что тогда случилось с машиной, недовольно буркнул:

– Ничего особенного. Наталье надо было фары протереть да по колесам постучать, она бы и поехала.