— Я здесь не ради выпивки, — отрезал Мюргенштюрм.

— Благодарение небесам за маленькие одолжения, — пробормотал Мэллори, поднося бутылку к губам и осушая ее. — Лады, — он швырнул пустую бутылку в корзину для бумаг, — я закончил. А теперь можешь петь свою песню, плясать свой танец или сделать, что ты сам собирался, и уступи место слонам.

Мюргенштюрм состроил недовольную гримасу.

— Надо протрезвить вас, и побыстрее.

— Если ты это сделаешь, то исчезнешь, — возразил Мэллори, осовело уставившись на него.

— И почему это должно было свалиться на меня в канун Нового года? — проворчал эльф.

— Наверное, потому, что вчера было тридцатое декабря, — рассудительно заметил Мэллори.

— И почему пьяница?

— Эй, попридержи коней! — воскликнул Мэллори. — Может, я и пьян, но я не пьяница!

— Без разницы. Вы нужны мне сейчас, а работать вы не в состоянии.

— А я-то думал, что это ты нужен мне, — проронил озадаченный Мэллори, сосредоточенно нахмурившись.

— Быть может, зоологии профессор… — пробормотал Мюргенштюрм под нос.

— Смахивает на первую строчку лимерика. Эльф испустил вздох смирения.

— Времени нет. Или вы, иль никто.

— А это напоминает скверную песню про любовь. Подойдя к столу, Мюргенштюрм ущипнул Мэллори за ногу.

— Ой! Какого черта?!

— Чтобы доказать, что я здесь на самом деле, Джон Джастин. Вы мне нужны.

Мэллори воззрился на него испепеляющим взором, потирая ногу.

— Где это слыхано о столь наглых и спесивых галлюцинациях?!

— У меня есть для вас работа, Джон Джастин, — заявил эльф.

— Найди кого другого. Я оплакиваю свою утраченную юность и прочие элементы моего прошлого, как реальные, так и воображаемые.

— Это не сон, не шутка и не белая горячка, — с пылом произнес эльф. — Я крайне остро нуждаюсь в помощи профессионального сыщика.

Пошарив в ящике стола, Мэллори выудил потрепанный том «Желтых страниц» и швырнул его на стол.