
— Почему нет времени? Что за разговор?
Гарри насмешливо посмотрел на сына.
— Неужели ты не знаешь? — спросил он многозначительно. — Ты что, не следишь за новостями?
— Не играй со мной в прятки, — устало пробормотал Майкл. — Говори скорее, чего тебе надо.
Вместо прямого ответа Гарри взглянул вниз через прозрачный пол. Ядро кометы размером в милю, покрытое плотным слоем сверхдревнего льда, выплыло из полумрака, разукрашенное лучами осветительных лазеров в пурпурные и зеленоватые тона.
— Здорово выглядит, — заявил Гарри. — Похоже на слепую глубоководную рыбу, правда? На странную, невообразимую тварь, плавающую в глубочайшем океане Солнечной системы.
За все годы, посвященные исследованию комет, этот образ ни разу не пришел в голову Майклу. Слушая разглагольствования Гарри, он вдруг подумал, насколько это верно. Но все же устало возразил:
— Это всего лишь комета. Мы в Облаке Сорта. Это — кометное гало вокруг нашей системы, в одной трети светового года от Солнца. Такой большой кометный отстойник.
— Славное местечко, — невозмутимо сказал Гарри. Он оглядел бедно обставленное жилище, и Майкл внезапно увидел капсулу, в которой прожил столько лет, глазами отца. Полусфера в сотню метров в диаметре. В центре капсулы теснились диван-кровать, контрольные панели и пульт управления, порты для сообщения с внешним миром; остальная часть помещения была поделена перегородками, в полтора метра высотой, на лабораторную зону, отсек питания, спортзал, спальный отсек и санузел. Непривычному взгляду сия обитель с минимумом мебели должна была показаться исключительно скромной и функциональной.
Гарри подошел к стене-иллюминатору; Майкл, держа виски в руке, неохотно проследовал за ним.
Ощетинившаяся антеннами и сенсорами двухкилометровая игла соединяла ядро кометы с блоком «Европа». Ледяная глыба в сотню метров шириной, оторванная в незапамятные времена от одного из спутников Юпитера, была изрыта впадинами, точно ее оторвали чьи-то мощные гигантские пальцы. Компактный ВЕТ-двигатель прятался внутри блока. Лед «Европы» на обратном пути должен был служить рабочим телом двигателя.
