Марко медленно покачал головой:

— Я не знаю, куда они ушли. Я там еще не был. — На его лице появилось странное выражение. Дулит нежно чирикнул своему всаднику.

Морита уставилась на него, сообразив наконец, что ему, как и всем первым всадникам, было Оборотов девятнадцать — двадцать, когда они прошли Запечатление. Ой, да ему же сейчас больше полутора тысяч лет! Если, конечно, он вообще существует! Ей захотелось прикоснуться к нему.

— Я все же по-прежнему не понимаю… — Голос ее сорвался, на глаза навернулись слезы.

— Как я могу находиться и здесь, и в Промежутке? — Он покачал головой. — Я тоже этого не понимаю, но я совершенно очевидно существую. Cogito, ergo sum.

— Прошу прощения?

— Это на очень древнем языке Земли, латыни. В переводе значит: «Я мыслю, следовательно, я существую».

— Ой!

— Дважды «ой», Морита. Какой сейчас год? То есть, Оборот?

Морита некоторое время таращилась на него.

— Тысяча пятьсот сорок третий. Уже почти закончилось Шестое Прохождение.

Марко кивнул, глядя куда-то вдаль. С его губ сорвался едва слышный вздох.

— Но как тебе удалось выжить?

— Точно не скажу, но, по-моему, в Промежутке время течет как-то иначе. И это подтверждает мое предположение, что Промежуток — какое-то другое измерение, или уровень, или что-то в этом роде.

— А тебе… — Морита на мгновение замолчала, не желая причинять этому милому юноше боль своей бестактностью. — Тебе не одиноко?

— Со мной Дулит. — Марко бросил взгляд на дракона, растянувшегося на песке рядом с Холтой.

Когда он установил мысленный контакт со своим пожизненным партнером, Морита увидела, как в его глазах вспыхнул огонек, так хорошо знакомый всем всадникам. И от этого она еще сильней затосковала по Орлите.

Дулит довольно заурчал, отвечая своему всаднику, а Холта слегка потянулась на теплом песке.