— Ни фига себе! — присвистнул Мурашевич. Около дома старейшины припарковались три УАЗика и два бронетранспортера. Ратибор уже стоял там, а возле него сгруппировались гости: Норвегов с женой, два его заместителя, тоже со своими половинами, особист, капитан Селедцов, пара молодых прапорщиков да буфетчица. Рядом стоял довольный, как петух, майор Булгаков.

— Волков! Мурашевич! — покажите остальным селение, удобства, ну, и выставьте два поста. Вдруг, тревога какая…

В двух БТРах расположилось человек по десять. Волков побрел выполнять приказ, а Мурашевич остался на месте.

— Володя, — обратился к нему Олег Палыч, — ты случайно не в курсе, что здесь пьют?

— Квас, хмельной мед и какую-то гадость из ячменя.

— Так я приблизительно и думал. Там, в одиннадцатке, стоит два ящика водки. Будь другом, перетащи их в пещеру Ратибора. Да! Еще мешок с конфетами. Это для детей. Конечно, можешь угостить свою милую… — Володя скорчил рожу и пошел к БТРу.

Майор, как всегда, оказался прав, собака. Водка пошла «на ура» среди взрослого населения, а конфеты — среди детей. На крыльце трапезной сидел Володя и буквально закармливал шоколадом Дуню. Проходивший мимо Андрей посоветовал приятелю воздержаться от неуемного хлебосольства, ибо девушке не привычной к шоколаду грозило расстройство желудка. Сам он устроился под раскидистой липой и закрыл глаза. Как это часто бывает, в голову лавиной хлынули мысли.

В субботу рано утром к нему приехала супруга с сыном. Андрею дали увольнительную, но вместо того, чтобы всей семьей отправиться на берег Березины, они с Костей остались в городке, а Анжела проехалась в Бобруйск на рынок. Великая модница Анжела просто обязана была посетить периферийный рынок «Еловики».

Теперь у сержанта в активе был маленький ребенок, а в пассиве — супруга, которая сейчас находилась невесть где и невесть когда.