– Между прочим, размеры оплаты вашего проживания сильно зависят от того, насколько вы будете вежливыми, - изрёк Колючий.

– Оплаты?! - У скунса даже шерсть дыбом встала.

– В точку, мохнатый. Берлога платная, раскошеливайтесь.

Гуру Кен тихо сказал друзьям:

– Ребята, мне он сразу показался похожим на тех троих, из города. И ведь, забодай его носорог, те же ужимки, причёска и претензии. Как поступим?

Вонючка Сэм молча вышел вперёд, а потом отвернулся от Колючего.

– Ты к кому хвостом повернулся, чудило пушное? - вознегодовал ёж.

И тут же получил заряд - знаменитую скунсовую струю. Колючий буквально ослеп и потерял дыхание, когда в его грудь ударила зловонная жидкость. Полминуты он беззвучно ловил ртом воздух, а затем долго отфыркивался и катался по земле.

– Уф!.. Уф…Уф… Что это было?

– Наш ответ, - любезно пояснил Гуру.

Ежу невыносимо захотелось броситься в воду и отмываться, отмываться, пока не уйдет ужасный запах.

– Я ещё вернусь, и вы ещё припомните, - торопливо пообещал Колючий и припустил к ближайшему ручью.

Неистово оттирая грудь и живот, ёж сосредоточенно бормотал проклятия в адрес незваных гостей. «Позорище, - думал он, - лишь бы никто не заметил, а то засмеют…»

– Эй, Колючий! - раздался сладкий голосок. - Ты что, сдох, что ли? Ёж обернулся. Так и есть: Лисёна. Рыжая бестия. Глазищи хитрые, так и искрятся насмешливо.

– Нет, - буркнул Колючий.

– А, просто теперь модно так пахнуть, да?

– Задолбала подкалывать! Уйду в другой лес!

– Правда? Ты не врёшь? Вот счастье-то привалило!

Лисёна приторно растягивала слова, словно поливала каждое сладким сиропом. Ежу не нравилась лиса, особенно в моменты, когда он оказывался в невыгодном положении. Хотя… Почему бы не вовлечь её в то же самое предприятие? Вдруг и её обольют? Хитрец слегка улыбнулся этой подленькой мыслишке.