Перед уходом Дубах еще раз связался с Советом. Аварийник шел к точке рандеву с “Дайной”, выжимая из своих гребораторов все, что можно. Может быть, он придет даже раньше, чем обещал. Бактериологи вылетели и сейчас уже приступают к севу. Похоже, на этот раз все обойдется более или менее благополучно. Хотя о каком благополучии можно говорить, когда по поверхности Проливов разлилось десять тысяч тонн нефти?! Да, веселый будет разговор в Совете Геогигиены, - подумал Дубах. - И они будут правы, абсолютно правы. Когда же наконец строители справятся с нефтепроводом и мы скинем с плеч танкерный флот? Нескоро еще, ох, нескоро…”

Дубах с места рванул энтокар вверх, прямо в седьмой - скоростной - горизонт. До дому отсюда около часа лету. Он перевел управление на автоматику, повернул к себе проектор и вставил в него маленькую кассетку книгофильма.

“Пройдет десять, пусть двадцать даже лет - и не нужно будет ни энтокаров, ни вибропланов, ни карвейров”, - подумалось ему. Это всегда казалось мечтой, недостижимой, как горизонт. Целью, к которой можно лишь ассимптотически приближаться, как к скорости света в обычном пространстве. И вот мечта стала реальностью, хотя и отдаленной еще, но уже вполне достижимой и ощутимой Доживу ли я до этого, - подумал он. - Очень хочется дожить…”

И вдруг ему стало грустно. Он понял, не только разумом, но всем существом ощутил, что жизнь его уже сделана.