В апартаментах 8071 на стук девушки дверь открыл высокий мужчина лет пятидесяти в белом жилете и бабочке, брюнет с седыми висками, ровно постриженными усами, крупными чертами лица. Его строгое недовольное лицо тут же изменило выражение при виде голубоглазой русской красавицы с русой косой.

– Подарок с доставкой в номер! Сюрприз!

Она ничего не поняла, он говорил по-гречески.

– Мистер Константинес, позвольте вам вручить приглашение на званый обед по случаю открытия отеля «Континенталь», – сказала она по-английски.

Он взял девушку за руку и втащил в номер.

– Ты вовремя, малютка! Я подыхаю со скуки. Стой здесь, я сейчас.

Он быстрыми шагами направился к спальне и вернулся с бумажником. Открыв его, начал вытаскивать стодолларовые купюры, по одной, и кидать их на поднос. На пятой остановился.

– Пока хватит. Но это лишь прелюдия. Черт, как же ты хороша!

Константинес взял с подноса бокал и выпил шампанское залпом, потом вынул из вазочки розу и вправил ее в волосы девушки. Она испугалась. Парик был не закреплен и мог соскочить с головы, что и произошло в конце концов, но хозяин номера этого уже не увидел. Он упал, выронив бокал из рук и опрокинув вазочку с водой. Парик остался у него в руке. Гостья в национальном наряде выдержала паузу, потом присела на корточки, взяла свой парик, натянула на голову, собрала осколки бокала на поднос, отправилась в туалет, выбросила осколки в унитаз, вернулась, подняла деньги, сунула их обратно в бумажник, который отнесла в спальню, держа его салфеткой, и сунула в карман смокинга. Труднее обстояло с телом, но тут подоспел помощник. В дверь постучали. Три стука, пауза, еще три раза. Она открыла дверь.

– Ты вовремя, Алешка, я его не подниму.

– Приставал?

– Не успел.

– Как из голодного Поволжья. Здесь они вздохнули свободно. Скоты! Россия для них не страна, а бульвар красных фонарей.

Они подняли тело вдвоем и отнесли его на кровать.