— Господин говорит, рядом другой место, где ты поправиться, — сказал бурый человек.

— О чем ты, Сервде?

— Тебе идти другой место, к мабден. Корум иронически усмехнулся.

— Нет, Сервде. Вряд ли мабдены займутся моим лечением.

— Другой мабден.

— Все мабдены — мои враги. Они ненавидят меня. — Корум взглянул на свою искалеченную руку. — А я ненавижу их.

— Те старый мабден, хороший мабден. Корум с трудом поднялся на ноги, покачнулся. Он был чисто вымыт и все еще абсолютно гол. Его тело покрывали синяки и царапины.

Внезапно у него сильно заболела голова, задергался пульс в обрубке руки.

Только сейчас Корум осознал, что стал калекой. Он избежал худшей доли, но никогда уже не будет таким, как прежде.

На него неприятно было смотреть.

Последний вадаг — урод, калека! Все остальные погибли. Как подкошенный свалился Корум на траву и громко зарыдал. Сервде бегал вокруг него, что-то лопоча. Он дотронулся до плеча Корума рукой, напоминающей лапу, затем погладил его по голове.

Корум отер слезы.

— Не беспокойся за меня, Середе. Мне надо поплакать, иначе я умру. Кроме меня не осталось на земле вадагов. Я последний…

— Сервде тоже. Господин тоже, — сказал бурый человек из Лаара. — Нет таких людь, как мы.

— Поэтому ты и спас меня?

— Нет. Мы помогать, потому что мабден пытать тебя.

— А вас они когда-нибудь трогали?

— Нет. Мы прятаться. Их глаз плохой. Никогда нас не видеть. От вадаг мы тоже прятаться.

— Почему?

— Мой господин знать. Мы прятаться, чтобы нас никто не трогать.

— Жаль, вадаги никогда и ни от кого не прятались. Мабдены появились так неожиданно! Мы ни о чем не подозревали. Вадаги редко покидали свои замки, почти не общались друг с другом. Мы не успели подготовиться.