– Сейчас змей ка-ак спустится, ка-ак даст огнем… – подхватил другой.

– Как же он спустится, когда он – всего лишь рисунок на тучах, – снисходя к чужому невежеству, вмешался авторитетный голос, но его не слушали.

– Руби Змеевича, Лешка, пока не поздно! – дурашливо заорали из толпы.

Новая молния расколола небо. Сложив крылья, змей ринулся вниз. Словно громадный небесный кулак, тугой воздух ударил по толпе. Народ бросился врассыпную. Целый пучок ветвистых молний впился в землю, но там уже никого не было – кроме остроносого человека в похожем на чехол от зонтика скучном пальто.

– Лазерная… проекция… – слабым голосом, лишь отдаленно похожим на недавний авторитетный, пролепетал он. Его бородка клинышком и кончик острого носа слабо дымились. – Не спустится…

Земля содрогнулась, и рядом плюхнулся громадный змей в сверкающей серо-стальной чешуе. Гибкая шея вопросительно изогнулась. Мерно покачиваясь, гигантская голова нависла над остроносым типом. Мрачные змеиные глаза, разрезанные вертикальным зрачком, уставились тому в лицо.

Земля слабенько содрогнулась снова – остроносый упал в обморок.

Голова на гибкой шее повернулась к помосту. Ветвистый разряд молнии вырвался из пасти змея… Тугарин Змеевич тоненько завизжал. Штаны его дымились. У ног валялся аккуратно, точно ножом срезанный ящериный хвост – по краям оплавленного среза еще мельтешили мелкие золотистые искорки. В воздухе сильно запахло озоном.

Сверкающий ветвистый язык снова вылетел из пасти – и ударил Алешу Поповича в грудь. Тяжелый меч вывалился из рук богатыря и с грохотом упал на помост. Алеша Попович пошатнулся и, как подрубленное дерево, рухнул навзничь.

– Вовка! – почему-то отчаянно-испуганно заорал злобный Тугарин Змеевич и повалился на колени рядом со своим извечным противником богатырем Алешей Поповичем, пытаясь разодрать у того на груди кольчугу. – Вовка, Вовка, ты что, только не помирай, Вован! Очнись! – судорожно пытаясь нащупать пульс, бормотал Тугарин – и вдруг стремительно развернулся к змею: – Ты… – Раскосые глаза Тугарина сузились еще больше, превратившись в направленные на змея прицельные щелочки. – Ты какого приперся, гад? – И в змея полетело первое, что подвернулось Тугарину под руку – срезанный хвост.