Теперь стало горячо. Волны инфракрасного излучения, не имея источника, поджарили всех и сразу, подняв температуру воздуха до температуры хорошо прогретой сауны. Младенец поморщился и замер на мгновение, понизив ее ровно наполовину.

Внезапно прозвучавший голос разорвал тишину, прозвучав, как гром среди ясного неба.

— Вы, как хотите, уважаемые коллеги, а для меня все ясно: этот ребенок не может оставаться здесь ни минуты…

— Боже святый, от него будут избавляться повсюду…

— А что скажут наши дорогие ученые?

— Мы согласны. Этот младенец вообще непонятно что… Вне времени, вне пространства, вне материальности… Приятного здесь мало, сила его растет. Я даже не уверен, что за стенами, пока мы тут спорили, не прошла еще пара веков… Оставить его на Ализире — сущее безумие!

— Но убить его мы тоже не можем! — заступился за младенца Древослав. — Если его кровь ляжет на нас, не вызовем ли мы гнев Богов, которые наделили его такими способностями?!

— Хорошо, но все же… Нужно как-то избавить его от этой силы. Может быть, наложить проклятие? Изолировать его, чтобы ни один из духов не смог к нему приблизиться?

— Пусть будет проклятие… Но одного проклятия мало. Пожалуй, пора нашему совету взять на себя ответственность и попробовать применить что-то более существенное… Например, лоботомию. Если закрыть третий глаз, он не сможет… не сможет вызвать силу.

— Ну а если сила в нем самом? Если он сам ее родит?

— Тогда, кроме всего прочего, нужно разорвать связи между нейронами.

— Мы же собрались превратить дитя в растение! — ужаснулся Мировод.

— Мой дорогой коллега! Если выйдет из-под контроля его сила, мы все тут станем растениями! Хуже, войдем в царство мертвых! Из правды слов не выкинешь, себе дороже! Пора голосовать…

Планета была так себе. Одиноко плыла вдали от цивилизованных планет, на все времена закрытая на карантин.