Серов остановился, напрягая зрение, зажмурился, потом посмотрел вперед. Какая-то трава, слякоти вроде бы нет. Шаг, еще шаг -- внезапно левая нога пошла вниз. Дна не было. Падение было столь внезапным, что Серова охватило чувство, будто внутренности остались сверху, а тело ушло куда-то вниз. Через секунду все стало на свои места. Большой глубины яма с водой была так густо обрамлена травой, что заметить ее края было невозможно, и теперь Серов стоял на левой ноге по колено в луже. Вторая нога вытянулась в сторону и погрузилась коленом в мокрый мох. Сжав зубы от боли, он стал выкарабкиваться. Его, на удивление, не засасывало. Это была вовсе не трясина, а обыкновенная лужа, отличавшаяся только глубиной. Вытянув из лужи ногу, он уселся на краю бугорка и стал выливать из резинового голенища мутную воду. В недрах лужи творился настоящий смерч. Миллиарды частичек ила закручивались в вихре, вздымаясь к самой ее поверхности. И даже уже сильные, несущие тепло солнечные лучи не могли пробиться через кромешный мрак иловой завесы, преломляясь и образуя на поверхности множество обломков световых нитей.

1988 г.

ХРОНИКА ДВУХ СОБЫТИЙ

Шел мелкий дождь. Жозеф стоял на тротуаре, регулярно то подходя к его краю, то отходя, чтобы не быть облитым грязью из луж, обильно покрывавших дорогу и разбрызгиваемых проезжавшими автомашинами.

Прошло уже полчаса, как к этому месту, Жозеф еще раз огляделся, проверяя приметы, именно к этому, должен был подъехать тот, о ком он слышал уже много лет, можно сказать, всю жизнь. Легендарный, один из тех, кто знал то дело не понаслышке.

Дождь усилился. Крупные капли забарабанили по металлическим листам дорожных знаков, раскачиваемых ветром между столбами на перекрестке. И без того промокший костюм Жозефа стал быстро темнеть на глазах, распухая и становясь тяжелее. Загнутые кверху поля шляпы, сдерживающие в образованном внутри кольце набравшуюся воду, пропитались насквозь и, резко обвиснув справа, вылили за воротник не менее стакана.