Условности сферической драмы будут соблюдены от начала до конца; в частности, откровение и плач будут находиться в строгой соразмерности друг с другом. Используемые мною средства позволят нам истолковать эту жизнь, столь несчастливо краткую, как беспрерывный поиск истины. Также я считаю своим долгом добросовестно поведать о последних днях, проведенных Платоном в городе, и показать, как злое предубеждение воспользовалось своей неограниченной властью над самым возвышенным и благоустремленным из умов.

Неизвестный автор "Повесть о Платоне",

3705 г.

Лекции и высказывания Платона о делах минувших эпох

1

Искромет. Постой, Сидония, постой!

Сидония. Постою охотно.

Искромет. Только что видел тебя на рыночной площади. Ты стояла у городской стены, и я заключил, что ты слушаешь выступление Платона.

Сидония. Верно во всех отношениях, Искромет. Но я и тебя ожидала там увидеть, ведь ты всегда раньше участвовал в празднествах Гога*.

* Гог и Магог в британском фольклоре осмыслены как последние двое из великанов, уничтоженных Брутом - легендарным основателем Лондона. Считаются "духами-покровителями" Лондона. (Здесь и далее - прим, перев.)

Искромет. Я уже был готов пересечь Флит* и присоединиться к вам; но меня остановил Мадригал.

* Флит - небольшой приток Темзы, заключенный в XVIII веке в трубу.

Сидония. Что ему было нужно?

Искромет. Всего лишь сказать нечто о собрании жителей прихода. В результате я не услышал начало речи Платона. Услышал только конец - его слова о том, как печалит его мрак прошедших эпох.

Сидония. Он говорил очень интересные вещи. Оказывается, была эпоха, когда наши предки верили, что живут в мире, вращающемся вокруг некоего солнца.

Искромет. Да неужто?

Сидония. Именно, именно. Их учили, что они живут на сферической планете, движущейся в своего рода бесконечном пространстве.

Искромет. Не может быть!