Рассказал себе вслух историю о схватке со страшными Гомохерами.

Пот не появлялся:

:И стукнуло тут Гавриле в голову!

Понял он, что достиг той крайности, о которой предупреждал его Гольш.

Не стало у него страха. Воля его укрепилась и пришло время идти в замок Ко.

От этой мысли светло стало на душе у Гаврилы. На секунду почувствовал он себя нормальным человеком — с тенью, со способностью потеть безо всяких последствий. Со всеми недостатками и достоинствами такой жизни. Секунда, однако, очень быстро прошла. Он очнулся, и перед глазами встала глухая стена:

:Минут 5 Гаврила размышлял, не пробить ли стену головой. Но от этой мысли его оторвал шепот, донесшийся сверху. Подняв глаза, он увидел прелестную женскую головку. Даже сумрак, висевший над колодцем, не мог скрыть ее красоты.

— Ах! — воскликнул Гаврила таким тоном, словно на голову ему рухнули стены. Ничего более он оказать не мог. В области груди зашевелилось что-то теплое.

В молчании текли минуты.

Очарованные друг другом смотрели друг на друга мужчина и женщина.

— Я Гаврила — сказал Гаврила и эхо повторило его слова — Кто ты?

— Я Несравненная Гюльчатай… — шепот, достигший его ушей, был слаще меда.

— Гюльчатай… — повторил шепотом Гаврила и подумал — Жаль что от любви нельзя вспотеть..

Он опять застыл в оцепенении, похожем на сладостный сон, готовый стоять и смотреть на нее. Но Гюльчатай сказала:

— Тебе надо бежать. Я помогу тебе.

Скажи, что тебе нужно?

Ужасаясь прозаичности своих слов, обращенных к этому ангелу, сошедшему на землю он сказал:

— Мне надо вспотеть.

— И только?

— Да — шепотом ответил Гаврила, вспомнив, что за стеной могут быть стражи. Прекрасная Гюльчатай была умна. Она и сама догадывалась, что сейчас нужно Гавриле больше всего.