— Ну и как там мои знакомые живут? — спросил князь добродушно.

— Ничего себе живут — уклончиво ответил первый боярин — По данным проверки есть шесть кандидатов для посадки на кол.

Боярин вынул из под бархатного охабня список и, преклонив колено, отдал князю. Прочитал тот списочек, бровями пошевелил с неопределенностью.

— Плохо работаешь, первый боярин, — упрекнул он боярина — не шесть, а семь кандидатов.

— Воля ваша.. — поклонился первый боярин внутренне холодея..

— Плохо работаешь — повторил монарх, задумчиво оглядывая боярина. Тот стоял ни жив, ни мертв. В животе было гадко, словно только что проглоти мороженую рыбу, а она возьми да оживи. Очень неприятное ощущение.

— Разжаловать бы тебя во вторые или даже в третьи бояре, да вместо тебя поставить некого. Хоть и глуп ты, а все лучше, чем остальные.

Еще ниже склонился первый боярин, снял с груди чернильницу на цепочке висевшую, золотое перо достал, писать приготовился.

— Изволь сказать, государь, кого из своих знакомых желаешь в базарный день видеть?

Подумал немного Круторог из приличия, хотя решение уже принял и сказал:

— Гаврилу Масленникова!

— Как же так, государь? — осмелился возразить первый боярин — Ведь радость у него нынче…

— Вот он ей со мной и поделитсяостался непреклонным князь. Плюнул первый боярин с досады в чернильницу, размешал там, что получилось, и вписал имя Масленникова витиеватым подчерком в берестяную грамоту. Возражать князю он не посмел, ибо пуще всего на свете берег он свое седалище и очень не любил сидеть на остром.

А Гаврила, ни о чем не подозревая, все бродил по городу никому не веря и все же опрашивая встречных:

— А что, есть у меня тень или нет?

Все говорили в один голос:

— Нет у тебя тени, славный Гаврила.