- Очухался? Видишь, брат, до чего лирика доводит, - человек говорил уверенно и назидательно. - Рассечения тканей, конечно, нет. Отек, правда, случился из-за сильной тяги. Ничего, рассосется.

- Кто это меня?

- Кто-кто... Жена твоя Нина тебя же и обработала. А я Трофим Терентьевич. Гиену у Головастика помнишь? Скажу тебе без лишней скромности, знаток метаморфизма. Я тебя научу этому ремеслу.

- Не надо мне вашего вампирского ремесла! Я неспособный.

- Не прибедняйся. Нинуля-то освоила. Ценный теперь кадр, только увлекающийся, может и до дна выпить. А ты, Жора, кстати, невкусный оказался. Плохо Ниночке стало, едва успела SOS послать. Хорошо, что сегодня я дежурю... На работу-то пойдешь? Я пиджак тебе зашил и ботинки почистил.

- Э... Обложили меня, Трофим Терентьевич...

- Сейчас пойдем прямо на твою работу и посмотрим, кто тебя там обложил. А дальше - многое зависит от твоей сознательности. Не поймешь, что ты вампир, окажешься в _яме_. Я тебе сразу скажу - туда попадать не стоит.

- В яму не стоит, - эхом отозвался Летягин и попробовал на вкус слова Трофима. - Только какой я вампир?. Вы же тянете у людей кровь. Можно сказать, жизненную основу.

- Ты скользишь по поверхности вещей, сынок. Человеку всегда легче, когда у него забирают лишнюю тяжесть, избыток. Ведь берут-то не просто так, а чтобы вернуть, претворив соответственно в духовные и материальные ценности.

Звучало убедительно. Летягин не умел спорить, однако сопротивлялся:

- Вы можете внести инфекцию... СПИД...

- Кто угодно, только не мы. Все организованные вампиры обязаны применять пространственную развертку доноров, то есть бесконтактный сбор кровяной массы. Все контактные способы запрещены законом, за этим строго следят. Даже за некачественную обработку, приведшую к отекам, мы строго и персонально наказываем. Это древняя и прекрасная культура общения. Вот например, Дубилова...

- Черт с ней, - фыркнул Летягин.