Деревенский простачок исчез, точно по лицу старосты прошлись мягкой губкой. Я подумал, что он не последний человек в этом их любительском театре.

- Я ни с кем не знаком.

- Вы не ходите в клуб. Не общаетесь с людьми. Им это не нравится. Они полагают это высокомерием. Пренебрежением. И еще - эта ваша собака…

- Аргус.

- Тем хуже. В деревне многие боятся ходить к озеру.

- Аргус никому не причинит вреда. Иначе кто бы позволил везти его на Землю?

- Он чужак. Чужое существо. Кто может за него поручиться?

- Я.

- А за вас?

Мы замолчали. Солнце выпарило росу, и сад был заполнен ровным гудением пчел.

- Все знают, аргус с человеком вроде как в связке. Одно целое. И если он захочет, чтобы вы, скажем, взяли в руки нож…

- Вы взрослый образованный человек, - сказал я, - и должны знать, что взаимодействие с аргусом строится совсем на другой основе. Он не может заставить меня что-либо делать. И я его тоже.

- Ага! - сказал он удовлетворенно.

- Что - ага?

- Если он решит причинить кому-нибудь вред, вы не сможете ему помешать. Вы его не контролируете.

- У вас есть собака?

- Да, - его голос немного потеплел. - Молли. Она ретривер. Золотистый ретривер.

- Вы контролируете ее?

- Вы же сами сказали, - тотчас ответил он, - аргус не собака. Мы опять замолчали.

Дурак, хотел я сказать, самодовольный дурак. Ловкий, хитрый манипулятор, недаром тебя выбрали старостой, но ты видишь не дальше своего носа. Все, что вокруг, ты получил именно благодаря аргусам. Ненаселенную, процветающую Землю, свободную от неврозов и агрессии, чистый воздух, чистую воду. Это озеро. Иные миры. Ты получил все.

А что получил я? Мы?

- Вам не стыдно? - спросил я тихо.

- Я против вас ничего не имею, - возразил он. - Но я представляю людей. А они вас боятся.