- Там, - Саймон показал на серке валуны, торчащие перед самым внешний барьером ровной площадки на вершине Сесуадры. Они были едва различимы в темноте на фоне продуваемых ветром стен палаточного города. Джошуа изменил курс, и Саймон последовал за ним, двигаясь медленно, чтобы не слишком бередить незажившие еще раны.

- Я зашел чересчур далеко в поле, - сказал Джошуа, - и не только в поисках пленников. Я просил тебя прийти, потому что у меня есть к тебе несколько вопросов.

- Да? - Саймон не мог не заинтересоваться. Что принц мог хотеть узнать у него?

- Я хотел бы похоронить наших мертвых на этой горе, - Джошуа махнул рукой, обведя ею всю травянистую вершину Сесуадры. - Ты знаешь ситхи лучше всех людей, которые живут здесь, я полагаю - или по крайней мере ближе всех, потому что Бинабик и Джулой, наверное, много читали о них. Как ты думаешь, это будет позволено? Ведь это место ситхи.

Саймон немного подумал.

- Позволено? Я не могу себе представить, что ситхи станут протестовать, если вы это имеете в виду, - он кисло улыбнулся. - Они пальцем не шевельнули, чтобы защитить Сесуадру, так что я не думаю, что они пришлют сюда огромную армию, чтобы помешать нам похоронить погибших.

Некоторое время они шли молча. Саймон обдумывал свою мысль, прежде чем заговорить.

- Нет, я не думаю, что они будут возражать - хотя я никогда не посмел бы говорить от их имени, - добавил он поспешно. - В конце концов Джирики похоронил своего родственника Аннаи вместе с Гримриком там, на Урмсхейме. Дни, проведенные на драконьей горе, казались сейчас такими далекими, как будто там был вовсе не он, а какой-то другой Саймон, его дальний родственник. Он напряг мускулы на болезненно негнущейся руке и вздохнул. - Но, как я уже сказал, я не могу говорить за ситхи. Сколько времени я был с ними - месяцы? Но я никогда даже не надеялся понять их.