- Я не рискую ничем, потому что мои сведения столь же легальны, как ваши. С той разницей, что я знаю, от кого вы их получили, а вы не знаете, откуда получил их я.

- Разница не в вашу пользу. Так откуда вы узнали?

- А сказать вам, откуда узнали вы?

- Вы ничего не знаете! - она вся дрожала.

- Я не могу вам сказать. Не имею права.

- Но вы уже сказали...

- Не больше того, что сказал вам ваш муж.

- Откуда вы знаете, что это он?

- Никто из правительства, кроме премьера, не знает. Премьера зовут Моррибонд. Просто, не так ли?

- Но каким образом? Подслушивание?

- Не думаю. Не было нужды. Просто он должен был вам сказать.

- Не думаете ли вы, что я...

- Нет. Он сказал именно потому, что вы бы никогда не потребовали. Он хотел вам дать что-то, что имело для него высшую ценность.

- Значит не подслушивание, а психология?

- Да.

- Который час?

- Без двух минут два.

- Не знаю, что станет со всем этим. - Она смотрела в окружающий мрак. Тени ветвей, плоские и четкие, дрожали на посыпанной гравием дорожке. Казалось, что тени неподвижны, а дрожит земля. - Мы здесь уже скандально долго, - сказала она. вы не догадываетесь, почему?

- Начинаю догадываться.

- Тайна, которая... Которая сделает это, уже не тайна за минуту до... часа ноль. Может быть, мы перестанем существовать. Вы это тоже знаете?

- Знаю. Но не этой же ночью!

- Именно этой.

- Однако еще недавно...

- Да, были кое-какие сложности. Но теперь их нет.

Она почти касалась его груди. Говорила, не видя:

- Он будет молодым. Он в этом уверен.

- Ну да, конечно.

- Не говорите ничего, прошу вас. Я не верю, не могу верить, хотя и знаю... Это словно не взаправду, так не бывает. Но теперь уже все равно. Никто не может этого отменить, никто. Или я увижу его молодым, таким, как вы сейчас, или... Реммер говорил, что возможно скольжение, я опять стану ребенком. Вы последний человек, с которым я говорю перед этим.