– Четыре с половиной миллиона, – сказала она под давлением его взгляда. Она почувствовала на себе и взгляд Дакса и вдруг подумала, не читает ли этот проклятый котенок ее мысли.

– Черт возьми! – воскликнула она, – этот черный шельмец, ведь, наверно, точно знает, на какую сумму мне разрешено согласиться!

– Мысль интересная, – отозвался Таф. – Я согласен и на семь миллионов. Я сегодня щедр.

– Пять с половиной, – выпалила она.

Дакс громко замурлыкал.

– И я останусь вам должен одиннадцать миллионов стандартов с рассрочкой на пять лет, – сказал Таф. – Договорились, Начальник порта Мьюн, но у меня есть одно дополнительное условие.

– Какое? – спросила она с подозрением.

– Я представлю свое решение вам и Первому Советнику Крегору Блэксону на пресс-конференции, где будут репортеры всех ваших видеоканалов. Она должна транслироваться в прямом эфире на весь С'атлэм.

Толли Мьюн громко рассмеялась.

– Ну, это невозможно, – сказала она. – Крег ни за что не согласится. Можете расстаться с этой мыслью.

Хэвиланд Таф промолчал, продолжая ласкать Дакса.

– Таф, вы не понимаете всех трудностей. Ситуация слишком изменчива. Вы не должны этого делать.

Молчание.

– Ч-черт! – выругалась она. – Вот что, запишите то, что вы хотите сказать, а мы посмотрим. Если там не будет ничего такого, что может взволновать общество, я думаю, вам разрешат выступить.

– Я предпочел бы высказаться без подготовки, – ответил Таф.

– Мы могли бы записать конференцию и транслировать ее потом, отредактировав, – предложила она.

Хэвиланд Таф по-прежнему молчал. Дакс глядел на нее, не мигая. Толли Мьюн всмотрелась в эти все понимающие золотистые глаза и вздохнула.

– Вы победили, – сказала она. – Крегор придет в ярость, но я же героиня, черт возьми, а вы – вернувшийся победитель, и я надеюсь втолковать ему это. Но зачем вам это, Таф?

– Всего лишь прихоть, – ответил он. – Я часто иду на поводу у своих причуд. Может быть, мне хочется насладиться моментом и вкусить славу спасителя. А может, я хочу показать миллиардам с'атлэмцев, что не ношу усов.