Ландо сбросил мощность и завел тормозные двигатели. Мягкое движение рычагами — и бот скользнул по правому борту буксира. Ландо не терпелось взглянуть на свое новое пристанище.

Через мгновение Ландо понял, почему мать Мелиссы окрестила свое детище «Уродом». Красавцем его было трудно назвать. Крупные космические корабли редко обладают плавным изяществом судов, спроектированных для условий атмосферы, но в них зачастую есть приятная для глаза симметрия и величественность. Эти качества тоже отсутствовали. «Урод» — он и был уродом.

Большая часть его корпуса имела цилиндрическую форму, как в основном и принято, но на этом его сходство с другими судами заканчивалось. Начать с того, что к корме корабля было приделано два огромных корректирующих двигателя — вещи для буксира полезные, но с виду страшные, как смерть.

Вдобавок к этому «Урод» был оборудован боковыми подруливающими устройствами, вмонтированными в корму и в нос корабля. Опять-таки, учитывая, что буксирам часто приходится поднимать на оба борта тяжелые грузы, подруливающие устройства были очень кстати. Но выглядели они как огромные черные бородавки.

Затем следовал мостик. На большинстве судов — это не более чем рулевая рубка, притаившаяся где-то внутри корпуса. Но на «Уроде» мостик во многом напоминал своих предшественников времен мореплавания. Он представлял собой вытянутый прямоугольный бокс, под правильными углами прикрепленный к корпусу и покоящийся на двух больших столбах.

Ландо догадался, что столбы — полые внутри, и через них можно попасть в основную часть корабля. Цель всей этой затеи была понятна — обеспечить круговой обзор во время близких маневров, но, как и все остальное оборудование на корабле, мостик ему красоты не прибавлял.

Наконец, корпус корабля, как редким кожным заболеванием, был покрыт лабиринтом блистерных установок, пусковых труб, охлаждающих вышек, коммуникационных мачт, солнечных батарей, лучевых прожекторов и Бог знает чего еще.