— Так это же фамильный герб
И он с хрустом переломил стебель. Красная хризантема бессильно повисла у него в руке.
- Куда ты идешь? Куда ты идешь? Держись за нас! Не уходи! —кричали, не переставая, вслед своей подруге желтые хризантемы.
Какое-то время можно было еще расслышать затихающий голос красной хризантемы. Но этот голос все удалялся и удалялся и теперь уже был еле слышен у подножия горы, где он, наконец, смешался с голосом тополя Сиболди.
И тогда взошло солнце, отражаясь в слезинках желтых хризантем.
ПЛОДЫ ДЕРЕВА ГИНКГО
Верхушка неба была холодная-холодная, как только что выкованная сталь. Там, наверху, еще было много звезд, но самый низ восточного небосвода уже начал окрашиваться в нежно-фиолетовый колокольчиковый
- У меня, наверное, все будет кружиться в голове, когда я буду падать, — сказал один мальчишка другому.
- Закрой глаза и падай себе спокойно, — ответил ему другой.
- Ой, я совсем забыл. В термос же надо было набрать воды про запас.
- А я кроме воды в термосе еще запасся и ментоловой водичкой на всякий случай. Хочешь, поделюсь с тобой? Мама говорила, что, когда в пути станет особенно тяжело, надо отпить чуть-чуть и тогда сразу станет легче.
- Интересно, а почему мама мне не дала этой водички?
- Ну, так я тебе дам, говорю же. Нельзя думать плохо о маме.
Да, как вы, наверное, уже догадались, это самое дерево гинкго и было для них всех мамой. В этом году мама родила тысячу златоглавых детишек, тысячу плодов дерева гинкго. Но вот настал тот день, когда все дети должны были покинуть мать, чтобы отправиться в дорогу. И настолько горевала она при мысли о расставании с детьми, что растеряла до сегодняшнего дня все свои золотые волосы формы веера