Яна Дубинянская

ПОД ПЕЛЕНОЙ

Входя, Селестина попробовала придержать дверь, но она все равно захлопнулась с глухим стуком, и вьюжный ветер тут же протяжно запел, резонируя в каких-то невидимых щелях. Девушка устало-облегченно перевела дыхание

и слабым движением сбросила на плечи капюшон, сплошь залепленный снегом.

Боже, какое счастье, что она все-таки дошла сюда.

Позавчера эта гостиница показалась ей маленькой, неустроенной, неуютной и к тому же угнетающей серой пустотой. Селестина даже поссорилась с хозяйкой - напрасно, ведь эта грузная неприятная женщина не виновата, что

все транспортное движение парализовано из-за непогоды. А сегодня был последний шанс вернуться к сроку в агентство, и Селестина без особой надежды

все-таки пошла на станцию, а на обратном пути началась такая метель... Она

думала, что никогда не дойдет... боже, какое счастье!

Камин в прихожей горел каким-то особенно теплым и ласковым светом,

снег уже начал таять и тонкими ручейками стекать на пол с пальто и волос

Селестины. Даже на ресницах набухли и упали на щеки тяжелые капли. Расстегивая пальто, она подошла к круглому, чуть выщербленому по краю зеркалу на

стене и начала приглаживать залепившие почти все лицо светлые волосы. Краем

глаза она увидела на другом конце прихожей груду каких-то вещей, а рядом с

ними неизвестно откуда взявшихся в такую погоду новых постояльцев...

- Жюли!

- Тина?

Густо накрашенные ресницы Жюли изумленно взметнулись над небольшими

карими глазками, сделав ещё отчетливее черные следы между верхними веками и

бровями. Жюли совсем не изменилась... Она точно такая же, как во время их

последней встречи полтора года назад, и как пять лет назад, на своем бракосочетании. Самая дорогая тушь всегда отпечатывается у неё под бровями, а