Ее щеки покрыл нежный румянец, придавший ей еще больше очарования.

Кулл поднялся из-за стола и подошел к девушке. Он, как и все мужчины, находившиеся в зале, был поражен ее красотой.

— Как тебя зовут, красавица? — спросил Кулл, не в силах отвести взгляд от девушки.

— Бути, — прошептала она.

У нее оказался приятный мелодичный голосок. Встав рядом с девушкой, Кулл почувствовал восхитительный аромат ее тела — так пахнут далекие заморские цветы и травы, из которых делают благовония.

— Ты сделал мне прекрасный подарок, Кад, вернее, Найт, — с улыбкой повернулся Кулл к бывшему врагу. -Я рад, что ты пришел на этот пир, и рад тому, что не убил тебя тогда. Ты очень изменился, и я надеюсь, наши страны смогут торговать и сотрудничать друг с другом.

— Я буду этому несказанно счастлив, — поклонился Кад.

Кулл приказал отвести девушку в покои, соседние с его собственными, накормить и напоить с дороги, а ей самой велел отдохнуть, пока он принимает гостей, потому что ночью он обязательно придет к ней.

После этого король вернулся за стол. Снова вино полилось рекой, слуги принесли тушу только что зажаренного быка, Кулла поздравляли, желали ему дальнейшего процветания и благополучия.

Гости разошлись уже ближе к утру. Кад со своими людьми стал собираться в обратный путь.

— Нам предстоит долгая дорога домой, Ваше Величество, — сказал пират. — По пути мы хотим заглянуть в несколько портов, рассказать о своей стране и пригласить гостей к себе на Баликану. Ведь жители Семи Королевств ничего не знают о нашем острове.

— Я сам, честно признаться, сегодня впервые узнал о нем, — сказал Кулл. — Я отправлю к вашему острову свои корабли с товарами.

— Будем рады принять и вас, и ваших подданных, — ответил Кад с поклоном. — И, Ваше Величество…

— Ты хотел меня о чем-то попросить?

— Не могли бы вы дать нам какую-нибудь грамоту, чтобы мы показывали ее в тех портах, куда заходим? Ведь люди боятся незнакомцев, а если меня кто-то узнает и вспомнит мои старые дела… Назовите нас своими подданными или напишите, что Валузия — наш союзник…

Кулл исполнил просьбу Када и приложил к пергаменту перстень-печатку, который знали в дальних и ближних землях.

— Спасибо, Ваше Величество, — еще раз поклонился Кад.



13 из 27