— Спасибо и тебе за подарок, Кад. Я рад, что тогда не убил тебя.
Девушка по имени Бути доставила Куллу много счастливых часов. На нее было приятно смотреть, любуясь ее красотой, к нем было еще более приятно прикасаться. Ее нежная, как у младенца, кожа, казалось, только и ждала руки мужчины, чтобы разбудить дремавшую страсть. Кулл целовал ее пухлые алые губы, ласкал упругие молодые груди с крупными, как вишни, сосками…
Бути прибыла в Валузию не одна. Вместе с ней приехала ее старая служанка, которая опекала девушку с рождения. Старуха оказалась настолько отвратительной внешне, насколько девушка была прекрасна. Горбунья с крючковатыми пальцами, морщинистым лицом, покрытым какими-то пятнами и следами перенесенной оспы.
Маленькие глубоко посаженные глаза вызывали отвращение у Кулла и других обитателей дворца. Одевалась она в какие-то лохмотья, никогда не улыбалась, наоборот, ее уродливое лицо постоянно искажала недовольная гримаса. Во рту у нее практически не осталось зубов, только четыре мерзких пожелтевших обломка, больше напоминающие волчьи клыки.
Кулл давно выгнал бы старуху из дворца, если бы она не была любимой служанкой Бути, единственной связью полюбившейся ему девушки с ее далекой родиной, по которой красавица явно скучала.
Отведенные Бути покои располагались рядом с комнатами Кулла. Старуха занимала небольшую каморку, примыкающую к спальне своей госпожи. Король посещал девушку каждую ночь.
Недели через две после того, как Бути появилась во дворце, она за ужином пожаловалась Куллу на плохое самочувствие, просила извинить ее и не приходить к ней в эту ночь: ей нездоровится.
Король предложил прислать ей своего лекаря, но Бути ответила, что нет ничего страшного, такое с ней иногда случается.