Ворона побежала к своим друзьям, птицам, и рассказала им о тех безобразиях, что вытворяет коршун. Однако к тому времени все птицы уже имели зуб на коршуна. Собравшись все вместе, они пошли в мастерскую, схватили коршуна и засунули его в чан с чернилами.

Коршуна держали в чане с чернилами, пока он не потерял сознание. Тогда птицы вытащили потерявшего сознание коршуна из чана, а потом разорвали на маленькие кусочки вывеску покрасочной мастерской. Через какое-то время коршун пришёл в себя, но к тому времени он был чёрным не только снаружи, но и внутри. Вот в результате чего и вышло, что журавль и цапля так и остались неокрашенными.

Сова закончила свой рассказ и отвернулась, молчаливо наблюдая лик госпожи Луны.

— Вот как. Теперь я понял, как всё было. Как я вижу, вам повезло, и вас покрасили в числе первых. Так детально, хорошо вас покрасили, — так я говорил, поднимаясь и прощаясь с совой, спрятавшейся от ртутного, тяжёлого света госпожи Луны в тёмной тени деревьев.

КРАСНОГОЛОВЫЙ ЖУРАВЛЬ И ХРИЗАНТЕМЫ

На самой вершине фруктового холма росли две жёлтые хризантемы,

Сегодня, впервые в этом году, прилетел господин Матасабуро — северный ветер. Подул в свою свирель в голубое небо, потрепал торопливо листья тополя Сиболди,

— Госпожа Солнце, похоже, сыплет сегодня кобальтовую стеклянную пудру несколько больше обычного.

С любовью глядя на подругу, сказала вторая жёлтая хризантема:

— Ты сегодня выглядишь несколько бледнее, чем обычно. Наверняка и я выгляжу так же.

— Да, похоже, что это так, — отвечала ей первая и, обращаясь к красной хризантеме, продолжала:

— А ты сегодня выглядишь просто великолепно. Мне кажется, что ты сегодня запылала, как огонь.

Красная хризантема подняла своё личико к голубому небу и, сверкая в солнечных лучах, смеясь, отвечала: