Луис обернулся. Парень, которого окликнул Зип, был, несомненно, из этого же района. На нем также была надета шелковая рубашка фиолетового цвета, но выглядел он моложе Зипа. Луис попытался определить его возраст. Интересно, начал вспоминать он, были ли у него такие же редкие мальчишеские усы в шестнадцать лет. Он сделал вывод, что нет. Парень был смуглый, приземистый, невысокого роста, с развитой мускулатурой. Он заметил Зипа еще на улице и с криком: "Приветствую тебя, дружище Зип" влетел в кафе. Луис вздохнул, разорвав пакет; монетки со звоном посыпались в ящик.

- Куда ты запропастился? - спросил Зип. - Я как раз звонил тебе домой.

- И не спрашивай, - произнес Кух. Так же, как и Зип, он говорил без малейшего акцента. Они были детьми своего города, своего района, и Пуэрто-Рико был так же далек от них, как и Монголия. Глядя на них, Луис вдруг почувствовал себя безнадежно старым и чужим в этой стране. Он пожал плечами, подошел к плите и начал готовить кофе.

- Мои предки - не промах, между прочим, - произнес Кух. У него были большие карие глаза, и, когда он говорил, его лицо было очень выразительным, а сам он смахивал на телевизионного комика, занятого скучной, каждодневной работой. - А мой старик, клянусь богом, должен быть членом Торговой палаты.

- А как бы твой старик отреагировал на твое опоздание? Я назначил время 8.45, а ты...

- Он получил письмо из Пуэрто-Рико, - весело продолжал Кух, - и совсем скоро улетит туда. "Приезжай и живи с нами, - так написано в письме. Привози с собой всех своих домочадцев и немецкую овчарку. Мы позаботимся о них". - Кух драматично хлопнул себя по лбу. - А за нами уже увязались все наши босоногие кузины. И каждый раз, когда кто-то появляется в аэропорту, мой старик обмывает это дело.

- Послушай, какое отношение...

- Вот и вчера вечером он устроил вечеринку. Откуда-то появились гитары. Их было столько, что хватило бы для хорошей симфонии. Надо было видеть моего старика. Ему достаточно двух рюмок, и он уже лезет обнимать свою старуху. В это время они смахивают на пару почтовых голубей. Две рюмки и его руки...