– Мистер Джиральдини… Вы, действительно, очень щедры.

– Денег достаточно?

– С лихвой оплачено.

– Так за чем же дело стало?

– А за тем, что я сказал раньше. Не хочу вмешиваться в дела кланов.

Он в раздражении вскочил, перегнулся через стол, и на секунду мне показалось, что он меня ударит. Может быть, у него и было такое намерение, но он вовремя сдержался.

– Послушайте же! Сколько раз вам говорить, что это дело не имеет ни малейшего отношения к кланам! Абсолютно частное дело! Мой друг мог бы обратиться и к кому-нибудь другому, но на мое несчастье он выбрал меня!

Я кивнул и сделал вид, что верю во всю эту историю. В конце концов, я почти верил… Потому что хотел верить.

Тем, кто меня знает, известно, что я человек действия. Когда маленький коренастый человек в черной шляпе вез меня домой, я уже размышлял над тем, с чего начну завтра.

Перед домом он остановил автомобиль, сдвинул шляпу на затылок, затем сделал вид, будто у него есть ко мне какое-то важное дело. Медленно, не спеша он открыл дверцу машины, словно его что-то очень беспокоило. И заговорил, лишь когда я уже повернулся, чтобы выйти из старенького олдсмобила.

– Послушайте! – сказал он. – У вас есть немного времени?

– Для чего? – спросил я, и мой голос звучал довольно ворчливо – Чертовски хочется бурбону.

Как хороший сыщик, я сразу понял его. Коротышка замкнул олдсмобил, и мы поднялись на лифте в мое бюро.

Когда на следующее утро мой самолет взял курс на Санта-Монику, я чувствовал себя весьма скверно.

В аэропорту Санта-Моники я плотно позавтракал, и мне пришлось немало постараться, чтобы не извергнуть этот завтрак на ухабистой дороге, которая вела в ГОРОД. Шофер такси непрерывно сыпал проклятиями, пытаясь проскользнуть через невиданное скопление бетономешалок и загадочного вида дорожно-строительных машин, изрыгавших черные потоки гудрона.

– Паршивая дорога, а? – утешил он меня.