Низенький лысый человек был занят перекладыванием шляп с места на место. Магазин был завален огромными картонными коробками, как будто их изрыгнул из себя некий картонный вулкан.

– Что прикажете, сэр? – проговорил лысый, не отрываясь от своих шляп.

– Я ищу бывшего владельца магазина, – ответил я и небрежно оперся о прилавок.

Лысый впервые поднял на меня глаза и уронил шляпу в лежавшую перед ним коробку.

– Бывшего владельца?

– Ага.

Он медленно встал, подтягивая нарукавники, и сквозь стеклянную дверь показал на статую.

– Вы видите этого всадника?

– Вижу.

– А куда указывает знамя?

– Вижу.

– Так вот, все прямо и прямо. Не сворачивая. Мили полторы отсюда. Там и найдете.

Видимо, он считал себя непревзойденным остряком.

Несколько секунд я играл с мыслью, не стоит ли вознаградить его хорошенько за это провинциальное остроумие, но в конце концов вынужден был принести свою гордость в жертву на алтарь будущего успеха. Я напустил на себя вид сосунка, принимающего все за чистую монету.

– А в чем дело? Что там? – подлил я масла в огонь, – пусть этот убогий позабавится. На его лице заиграла самодовольная улыбка.

– Там, мистер? Городское кладбище… Там вы можете найти мистера Мантовани.

И посмотрел на меня, чтобы проверить, насколько я оценил его юмор.

Я оценил что надо. Заржал, как трубочист, наткнувшийся в дымоходе на окорок.

– А вы отменно остроумны, – сразил я его окончательно.

– Уж таков я, – сказал он самовлюбленно и посмотрел на меня почти с нежностью. – Скажите честно, вы действительно ищете мистера Мантовани? Вы, случайно, не родственник ему?

Неподдельный испуг шевельнулся в его заячьей душе.

Мне пришлось его успокоить, чтобы его не замучили угрызения совести.

– Нет, нет. Но у меня есть в Цинциннати друг. Он просил меня, если я буду здесь, зайти к нему. И чтобы я спросил, что стало с белым медведем.