- Что ж, пошли навестим ее.

Дом Шуурны принадлежал к числу новых "небоскребов". Земляне и бруухианин по очереди протиснулись в узкую дверь.

Балуурн прокричал ритуальную фразу вхождения - наверху кто-то откликнулся.

- Я иду вверх первый: смотрю Шуурна готова говорить Кроуэлл-кто-шутит, - сказал Балуурн и быстро вскарабкался по веревке.

- Надеюсь, канат выдержит меня, - пробормотал Кроуэлл, принимая гравитол.

Он спрятал коробочку с пилюлями и вытащил из кармана еще что-то. Не спуская глаз с отверстия в потолке, он бочком скользнул к одному из "тихих".

- Что вы делаете, Айзек?!

- Секундочку, - прошептал Кроуэлл, шаря позади "тихого". Он вернулся и передал Уолдо маленький пластиковый конверт. Потом засунул в карман небольшой вибронож.

- Соскоб с плеча, - прошептал он.

Уолдо округлил глаза.

- Да знаете ли вы...

Балуурн скользнул по веревке вниз.

- Шуурна хочет говорить Кроуэлл-кто-шутит одна.

- Ну что же, я готов, - сказал Кроуэлл.

Он хорошенько ухватился и, натужась, полез вверх, пропустив свободный конец каната между ногами. Дополнительная доза гравитола должна была облегчить задачу, но все же поднимался он, злясь и невнятно ругаясь, очень медленно.

Шуурна лежала на плетеной циновке. Она была самой старой бруухианкой из всех, кого Кроуэлл когда-либо встречал.

Слабым голосом она заговорила:

- Кроуэлл-кто-шутит. Я знала тебя и помню тебя лучше, чем собственных детей. Ты ходишь теперь по-другому, твои шаги - шаги молодого человека.

Это было нечто непредвиденное. Воцарилось долгое молчание, которое в человеческом обществе сочли бы щекотливым.

- Шуурна, хочешь ли ты что-нибудь сказать мне?

Снова долгая пауза.

- Нет. Ты, кто выглядит как Кроуэлл-кто-шутит, я ждала увидеть тебя, но теперь ты не здесь. Я не могу больше ждать, я готова к "тихому миру". Призови наимладшего и нового наистаршего.