Все шло в штатном режиме. Ситуация, конечно, была простейшая, как на полигоне в самом начале обучения. Стрельба по неподвижной цели. Но для человека, впервые выводящего в торпедную атаку подводную лодку, это было знаковое событие, и Михаил это прекрасно понимал. Единственно, что он потребовал, это посмотреть в перископ перед выстрелом и оценить ситуацию. "Косатка", тем временем, закончила маневрирование и заняла позицию, развернувшись носом на лежащее в дрейфе судно, до которого было не более четырех кабельтовых. Закончив маневр, Кроун предложил Михаилу глянуть в перископ.

На поверхности ничего не изменилось. Неизвестное судно все также лежало в дрейфе и все также на нем что-то горело. Но ни разгоралось сильнее, ни гасло, что было странным само по себе. Иногда казалось, что на палубе мелькают какие-то тени, но уверенности в этом не было. Позиция была выбрана удачно и угол встречи торпеды с целью близок к прямому.

– Отлично, Николай Александрович. Позиция занята правильно, можете стрелять по нашему "погорельцу". Посмотрим, что японцы задумали.

Толчок, и одна торпеда покидает аппарат. Все офицеры уже обзавелись собственными секундомерами и сейчас внимательно наблюдают за бегом стрелки. "Косатка" же дает ход и старается удержать перископную глубину горизонтальными рулями. Кроун, на всякий случай, убрал перископ и поднимает его только тогда, когда до всех доносится грохот взрыва. Снова "Ура!!!" прокатывается по отсекам. А на поверхности видно, как столб воды взлетает возле борта судна, закрыв языки пламени. Но… Ничего не происходит… Судно как стояло, так и стоит. Только характер пожара несколько изменился. Вроде бы, стал поменьше.

– Поздравляю, Николай Александрович! С первой подводной атакой! Как там Ваш подопечный?

– Что-то не собирается он тонуть, Михаил Рудольфович… Как стоял, так и стоит. Возможно, тоже с пустыми бочками в трюмах? Взгляните.

Михаил посмотрел в перископ и убедился, что Кроун прав. Странный пароход не подавал признаков жизни и оставался неподвижным, только немного осел в воду. Очень похоже, что он был загружен плавучим грузом, который хорошо держал его на воде даже после получения пробоины.