Такой наглости я в жизни не встречал.

– Не, ну ты чё, воще…

Справедливое мое возмущение не возымело на корову-лошадь, (если попроще, то «колоша») никакого действия.

«Колоша» развернулась ко мне задом, к горизонту передом, весело взбрыкнула и, подняв тучу пыли, галопом умчалась куда-то в пески.

И толи почудилось, то ли прислышалось:

– Да брось ты…

Минут пять мне потребовалось, чтобы придти в себя и заодно выплюнуть весь песок, который успел набиться в рот.

В ушах все это время стоял странный шорох. Лишь случайный взгляд на сапоги помог мне установить его причину.

Сапоги, кирзовые и еще почти новые, расползались на глазах.

– Ах ты е… – только успел вымолвить я и поспешил скинуть кашеобразную массу с ног.

Несколько секунд, и тягучая жидкость навсегда исчезла в песках.

Я, смотрел на то место, где еще секунду назад лежала моя обувка и ничего не понимал. Где я? Куда этот дебильный лектор меня запундырил? Я ж ему все ноги отверну. И голову в придачу.

Так. Я паникую? Нельзя. Главное спокойствие! Чьи это слова? А, неважно. Спокойствие. Спокойствие. Подумаешь, другое измерение. Я и в не таких переделках бывал. Вот помню прошлой зимой с Ванюхой к девкам в баню залезли… Да о чем это я? Не о том думаю.

Что напоследок сказал городской? Мол, ребята, не расстраивайтесь. Хлопните в ладоши и пожелайте вернуться домой.

Я облегченно вздохнул и вытер пот со лба.

– Хочу домой!– и хлоп в ладоши.

Ничего.

Хлоп в ладоши и :-" Хочу домой!"

Ничего. Что за хренотень? А если так… А вот так… А если…

Ладоши горели, голос охрип, когда позади меня раздалось вежливое покашливание.

Поджав под себя ноги, облаченный в мешковатого вида грязный балахон, со взлохмаченными волосами сидел мужик лет двадцати восьми и ковырялся в носу.