Все подвинулись. Ричард подставил Рейчел стул. Каролина взяла ее руку и прижалась к ней щекой.

— Дорогая, ты еще не согрелась?

— Это только руки, — сказала Рейчел. Лицо у нее горело.

— О чем с тобой говорили родители? — с любопытством спросила Черри.

— О том, о чем я не хочу говорить, — раздраженно ответила Рейчел и сама удивилась своим словам. Глаза Черри злорадно сверкнули.

— Значит, о Морисе. Ручаюсь, они, как всегда, хотели, чтобы ты дала ему денег. Но если ты собираешься раскошелиться, то я — более достойный объект.

— Я уже сказала, Черри, что говорить об этом не хочу.

Морис злобно уставился на сестру, а Ричард попытался перевести разговор в другое русло:

— Сегодня по дороге сюда я видел удивительное зрелище. Я шел по скале и возле дома Толладжа заметил двоих мужчин, которые выкапывали ограду. Жаль, она хорошо загораживала от ветра. Но жене Толладжа захотелось любоваться из окон гостиной морем. Мужчины окликнули меня и показали с десяток гадюк, которые устроились на зиму под забором. Вокруг собралась кучка деревенских мальчишек. Они ждали, не откопают ли рабочие еще змей.

Морис засмеялся:

— Жаль, там не было Черри. Гадюка как раз подошла бы ей в качестве домашнего питомца.

К обеду Черри надела бледно-зеленое платье без рукавов и с обнаженной спиной.

— Я бы с удовольствием держала змею! — с напускным воодушевлением воскликнула она. Ричард взглянул на нее как-то странно:

— У тебя была такая возможность. Ты, наверное, шла той же дорогой.

— Гадюки не очень интересны, — ответила она. — Я бы предпочла длинную, тонкую, извивающуюся змею. Ярко-зеленой окраски и с раздвоенным языком. Она должна быть такой длины, чтобы трижды обвить мою руку.