— О возлюбленный Боже, если Ты и впрямь столь премудр, зачем было производить на свет столько болванов! — пробормотал магистр Стефен, правда, по-английски. — Нет, не оружие. Я говорил о гербах, геральдических знаках — понимаете?

Итальянец хлопнул себя ладонью по лбу.

— Ай, ну и глуп же я! Право же, я освежеванная задница ослицы! Так вы, ваша честь, толкуете о геральдических знаках! А ведь у меня самого есть герб!

— У вас, сир?

Магистр Стефен взглянул на своего случайного знакомца с возросшим интересом. Он никоим образом не походил на выходца из рыцарского или хотя бы благородного семейства. Маленький, тощий, беспокойный человечек, одетый в плащ, тунику и штаны, еще более поношенные, чем у магистра. И все же он мог говорить правду. В Италии простым гражданам чаще жаловали гербы, чем в северных странах.

— Чистая правда, сир, — повторил купец, не обращая никакого внимания на испытующий взгляд магистра. — Меня зовут Никколо делло Боско — из леса то есть. На родине меня можно найти в лесу неподалеку от Фиренцы. Знаете, где это?

— К сожалению, нет, — ответил магистр Стефен. На самом деле он нимало не сожалел об этом. Однажды он съездил в Милан, чтобы посмотреть на турнир, и вернулся домой с самым невысоким мнением об итальянских манерах и кухне.

— И что же изображено на вашем гербе, сир, смею спросить?

— Ах, ну конечно. Гордый щит, согласитесь: «три лягушки надлежащего цвета на алом поле, разделенном золотом».

Магистр Стефен извлек перо, чернильницу и маленькую книжечку для записей. Вместо того чтобы таскать с собой кучу разных красок, он обозначал цвета штриховкой. Так, вертикальными линиями он выделил красный цвет, а точками — широкую золотую полосу посреди герба. Лягушки получились довольно пузатыми. Магистр взглянул на делло Боско, который с восхищением наблюдал за его работой.

— А почему «надлежащего цвета»? — спросил магистр. — Почему не просто «зеленые»?