Магистр Стефен очень удивился, обнаружив, что на улице сгущаются сумерки.

— Может, прервемся ненадолго, закусим жареным каплуном с бутылочкой вина? — предложил он. — Потом поднимемся в мою комнату, чтобы завершить наш спор.

— Как же, о брюхе ты заботишься в первую очередь, — съязвил делло Боско, но все же вернулся с англичанином на постоялый двор, откуда они вышли несколько часов тому назад.

Отдохнув, магистр Стефен взобрался по лестнице наверх, где находились каморки для постояльцев. В одной руке он нес зажженную свечку, а в другой

— новую бутылку. Магистр зажег лампу, развернул свой соломенный тюфяк и указал делло Боско на расшатанную скамеечку для ног, составлявшую всю обстановку комнатушки.

— Моя очередь, не так ли? — спросил магистр Стефен. Когда итальянец кивнул, он продолжал: — Назови мне единственный британский герб, на поле которого нет вообще никаких фигур.

— Чума порази тебя и всех британцев, вместе взятых.

Итальянец придал своему подвижному лицу выражение глубокой задумчивости и долго сидел молча. Когда магистр был готов уже ухмыльнуться, он сказал:

— Кажется, знаю. Это не у Джона ли Британского, графа Ричмонда, герб с горностаевым мехом — с черными мушками по белому полю?

— Проклятие! — возопил магистр Стефен, а делло Боско вздохнул с облегчением.

Потом он предложил собственную загадку:

— У какого геральдического зверя три тела и три уха?

Магистр Стефен вздрогнул. Он торопливо принялся перебирать всех известных ему чудовищ. У льва триединого всего одна голова с обычным количеством ушей. У химеры — нет, у нее три головы, но всего одно тело. Гидру изображали по-разному, когда с семью головами, когда с тремя, но опять-таки с одним телом.