Мы толпились у запертой двери. Шеф из будки звонил в зал. Никто не отзывался ему.

- Нужно привезти Элбата, - предложил кто-то.

- Конечно, Элбата.

Пожалуй, это было самое разумное. Элбат - специальная биоэлектронная установка. Только ей под силу решить пятизначный шифр, не имея исходных данных. Иваньковский на машине шефа отправился за Элбатом.

Четверть часа прошло в томительном ожидании. Многим из нас не верилось в серьезность случившегося. Витя Скляр в три минуты нарисовал карикатуру: опутанный проводниками Элбат на своей невероятной треноге задумался над решением шифра - на экране возникли целующиеся Синельникова и Брюхановский и шеф, благословляющий влюбленных.

Аспиранта Брюхановского я хорошо знаю - мы вместе учились и писали дипломы на общую тему под руководством нашего шефа. Игорь, еще будучи студентом, походил на ученого сухаря: был замкнут, носил массивные очки и ничем не увлекался, кроме своей работы. Света Синельникова - девушка лет двадцати, не дурнушка. Больше я ничего не могу сказать о ней. Отношения между ними непонятны. Не то она чуточку неравнодушна к нему, не то он к ней. В этих делах никогда толком не разберешься со стороны.

Вернулся Иваньковский. Трое ребят, накинув халаты, побежали помогать ему затаскивать Элбата. Но машина не понадобилась.

Сквозь метровую стальную дверь послышался крик, потом раздались мгновенные щелчки переклюдателей шифра - и дверь распахнулась. На пороге стоял Брюхановский. Сейчас я сказал: Брюхановский, но тогда, глядя на обезумевшего человека, который появился в дверях лабораторного зала, я не был уверен, что это именно он. Костюм на нем был разодран и залит кровью. Без очков Игорь никого не узнавал и смотрел на нас блуждающим взглядом. Потом упал и потерял сознание. Сейчас же вызвали скорую помощь. Мы вбежали в зал: нужно было спасать Синельникову, должно быть, с ними случилось несчастье.

Лаборантки в зале не оказалось. Мы осмотрели каждый закоулок. Она исчезла бесследно. Только на зеленом столике у окна лежала ее раскрытая сумочка, перчатки и губная помада.