Костяк осторожно ощупывал распухший нос. Вот бедненькому достается — то в нос, то в ухо. Полукровка все любовался приобретенным оружием — тяжелое изящное копье явно приводило коротышку в восторг. Он что-то вымерял, перебирая лапкой по древку из плотного неизвестного дерева, потом прошептал:

— Вот — на ладонь укоротить и в самый раз будет.

— Теперь ты и мамонта завалишь, — прошептала Даша.

— Конечно, — с воодушевлением согласился Мин. — А кто это?

— Тихо вы! — зашипела лежащая у окна Эле. — Костя, ползи ко мне, только осторожно.

Хозяйка и лохматый шептались у окна, поглядывая на темную реку. Даша не выдержала и поползла к ним. Тут же следом двинулся и любознательный полукровка.

Посреди реки стояли на якоре два корабля. На привычные низкие и широкие торговые барки эти корабли ничуть не походили — сразу бросались в глаза высокие мачты, приподнятые нос и корма. Неизвестные суда слегка напомнили Даше знакомые по учебнику географии кораблики Колумба, но той книжной пышностью оснастки и всяческими непонятными завитушками здешние аналоги похвастать не могли. Зато на кораблях были весла.

Эле и Костяк шепотом спорили.

— Не может быть, чтобы пираты, — Эле пристально разглядывала замершие в лунном свете корабли. — У них, говорят, огромные корабли. Через океан плавать — это не шутка.

— Эти побольше любой барки будут, — возразил парень. — Смотри, корма у них какая высокая. Да и по две мачты на каждом. Тот, что пошире, груза возьмет в два раза больше, чем любой речной торговец. И как они его через отмели у Сожженного поселка провели? Нет, это пираты. Больше некому.

— Как же некому? А если это Дагдовы корабли? Привезли ему подкрепление из этого предательского Калатера. Иначе зачем им под самый замок высовываться?