Максим ликовал.
- А Карлсон говорил: пять дней. Может, теперь мне разрешат в тот лес?
- Ты, я вижу, знаешь о моем распоряжении, - улыбнулся Гарибальди. Учти, я свои распоряжения не отменяю.
- Вы поспешили, - как можно убедительней заверил Максим начальника станции. - Ведь в Купол впустили пока только меня. И только ко мне явились ночью пришельцы, чтобы оставить целебный "апельсин". А это уже настоящий контакт, а не ваши посты и "Пингвины". Если вы не разрешите мне остаться на станции, клянусь, я расскажу об "апельсине" членам совета Мира, и меня все равно оставят...
- Вот нахаленок! - Тимофей Леонидович улыбнулся, но сразу же посерьезнел. - Ты извини, конечно, но тобой сейчас руководит не разум, а детский энтузиазм. Может статься, что всем нам отсюда...
Он не успел договорить. В коридоре послышался топот - кто-то бежал, а в следующее мгновение дверь кабинета резко распахнулась. На пороге стоял отец Максима.
- Тимофей Леонидович! - он перевел дыхание и ткнул рукой куда-то в угол. - Там, возле склада, появились какие-то странные штуковины. Сбежались все наши, ожидают вас...
Экран тотчас опустел.
- Медведи из снега, яблоки из льда... - запел Максим, быстро надевая и застегивая комбинезон. - Начинаются дела - всякие чудесные, очень интересные...
Он выскочил в морозную ночь. Тихо, безоблачно, настоящий штиль. В воздухе повисли ледяные иглы - если запрокинуть голову и дышать ими тихо-тихо, то кажется, что на язык попадают отдельные звездочки. Вот они сияют - кристаллики небесного льда. А среди них непривычный и торжественный Южный Крест.
На другом конце поселка залаяли собаки. Мальчик с досадой топнул ногой - нашел время любоваться звездами! - и побежал на шум голосов, лимонный свет прожекторов, которые вспыхнули вдруг на высоких мачтах.
Возле самого склада, чья красная крыша виднелась за куполом столовой, Максим столкнулся с Мартой Ружевич, шеф-поваром станции.
- Привет, дай кушать, - крикнул он обычную дразнилку-приветствие, на что полячка не ответила лукавым "Хоч сто раз, дзицятко", а схватив его за руку, обеспокоенно заглянула в глаза.