По привычке Максим набрал код информатора - что нового, на станции, где отец, куда сегодня отправились гляциологи? Автомат прежде всего повторил распоряжение Гарибальди об "аврале", и мальчик насторожился. Дальше шла запись совещания. Максим замер, боясь пропустить даже полслова. Затем вскочил, заметался по комнате, но последние слова начальника станции ошеломили его, и мальчик бессильно опустился на кровать. Как же так? Так нечестно, несправедливо. Ведь это он, он открыл купол, и купол впустил его. Впустил... А отец! Тоже хорош - хотя бы слово сказал в его защиту. Опасность, долг, дисциплина?.. Хоть бы скорее вырасти!

Максим быстро умылся, тщательно причесался и только после этого вызвал Гарибальди.

Тимофей Леонидович ответил сразу. Увидев на экране лицо Максима, приветливо улыбнулся:

- Поправляешься, герой нашего времени?

Мальчик на шутку не ответил.

- Спасибо за гостинец. А что это было? Апельсин? - сказал он только из вежливости. - Лучше всех лекарств мне помог.

- Постой шуметь, - нахмурился Гарибальди. - Какой еще апельсин?

- Обыкновенный. Вкусный. Вот корочки.

- На станции нет никаких апельсинов, - недоуменно проворчал Тимофей Леонидович. Он что-то соображал, но Максим догадался раньше и чуть не подпрыгнул от радости.

- Я знаю, что нет, - лукаво улыбнулся мальчик. - Но кто-то же положил его возле моей постели. Кстати, этот "апельсин" чуть горчил и пах лекарствами. И не напрасно. Посмотрите, пожалуйста, на диагноз электронного врача.

- Практически здоров, - прочел Гарибальди и присвистнул от удивления.