– Но он…

   – Если он и вел поиски своего пропавшего ребенка, – перебил его Лари, – то успехом они не увенчались. Разве имя этого ребенка есть в завещании?

   – Да.

   Лари побледнел и отшатнулся.

   – Есть?! – прошептал он едва слышно. – Мой брат что-то завещал покойнику?

   – Но, насколько я понимаю, ребенок вашего брата вовсе не скончался, – возразил нотариус. – Ведь его тела так и не нашли?

   – Да. Верно. Но…

   – И не было свидетелей, которые бы подтвердили, что в автокатастрофе, унесшей жизнь его матери, мальчик бы также пострадал?

   – Машина сгорела дотла! – воскликнул Лари.

   – Все, что осталось от жены моего брата, было похоронено в одной маленькой урне! – поддержала брата Белла.

   – И то, я до сих пор не уверен, что это была именно она, а не кожаная обивка чехлов сидений!

   Это было уж слишком. Пожилой нотариус скривился, словно ему в рот попал изрядный кусок лимона.

   – Тем не менее ваш брат был уверен, что ребенок этот жив, – произнес он.

   – Брат искал своего сына. Но безрезультатно. Всеми было признано, что ребенок мертв.

   – Всеми, но только не его родным отцом. И совсем недавно Ираклий Константинович предпринял ряд новых действий по поискам своего сына.

   – Послушайте, это же чушь! – воскликнул Саша. – Просто старческая блажь!

   – Завещание – это не чушь, молодой человек! – строго произнес нотариус. – А важный юридический документ. И если в нем написано чье-то имя, то я обязан проследить, чтобы желание моего клиента было удовлетворено в полном объеме.

   – Говорите яснее!

   – Сейчас я оглашу завещание, и вам всем все станет ясно!

   – Мы только этого и ждем!

   Нотариус извлек из чемоданчика запечатанный конверт.

   – Вот завещание Ираклия Константиновича. И, согласно воле усопшего, оно будет вскрыто в его доме, в присутствии его семьи.