Ермаков помолчал немного. Потом сказал задумчиво:

— Хрен знает… Я-то здесь не бывал. А так скалы и скалы… Но если это Северный полигон, то мы здорово промахнулись: в Купол-то мы входили с юга! Как такое могло получиться? Мезенцев, что можете сказать?

— Не знаю, — отозвался Мезенцев от своего монстра. — Что знал я уже сказал: дурдом какой-то а не Серота. Вот вы со специалистами бубны свои распакуете, пошаманите — может что и узнаем.

Локтев крякнул от такого заявления, но ничего не сказал. Энгар же вообще не принимал участия в разговоре, явно производя какое-то магическое действие.

— А что это там? — спросил Санчес, указывая на ближайшую скалу, вершину которой украшали какие-то странные решетчатые фермы, перекрученные и торчащие в разные стороны.

— Клетка для дракона, — ответил Локтев. — Тут у Вады на каждом острове кто-нибудь сидел. Или что-нибудь. Вроде мордийского червя. Вада экзофауной занимался очень активно.

— На острове? — спросил Отеро.

— Так здесь же водохранилище было, — пояснил Локтев. — Вот по всей этой котловине. И дальше на юг. А каньон, по которому мы шли — это русло Ангеррана. Раньше вся эта местность совсем иначе выглядела, молодой человек. Эх, какие тут были леса! А какая рыбалка!.. — он безнадежно махнул рукой

"Однако", — подумал Олег, сумев, наконец, соотнести местность с заложенной у себя в памяти картой и оценить масштаб изменений. Сам он в Городе, разумеется, никогда не был, но фото- и видеозаписи видел. В том числе и Ангерранское море — водохранилище ГЭС, обеспечивающей Город электричеством. Водохранилище занимало практически половину долины Эйр-Рабат от южных отрогов Фар-Рабатских гор до самого Города и, действительно, изобиловало живописнейшими островками, покрытыми буйной растительностью. Ничего похожего на расстилающийся сейчас перед ними апокалиптический пейзаж. Разве если очень внимательно присмотреться…