— Как так — холодильник? — после заминки воскликнул Тобэ. — Откуда у доктора холодильник?

— А чего? — лениво протянул электрик. — Я тоже купил. Милое дело: сунул яиц две дюжины, и месяц можешь этой проблемой голову не греть!

Поняв, что собеседники не прониклись важностью проблемы, он решил пояснить:

— Як чему говорю? К тому, что если человек уезжать сильно торопился, он все продукты в холодильнике оставил. Рыбу, там, рис недоеденный, овощи-фрукты, курочку в морозильнике… Мы сейчас рубильничек ему повернем, чтоб, значит, вам спокойнее спалось, вроде как от пожара подстрахуемся, а у него все к вечеру разморозится. К утру подванивать начнет, ну а к приезду доктора и того хуже: загниет, заплесневеет, квартира нехорошим духом пропахнет. Туши свет, одним словом!

— Проветрит! — буркнул второй, которого я никак не мог опознать.

— Да оно понятно, что проветрит, — согласился электрик. — Только, думаю, холодильник ему придется выбросить, а новый — купить. Есть у меня опыт, — добавил он, — взглянув на ссутулившегося господина Тобэ. — Запахи уж очень в него впитываются, в пластмассу да в резину. Пенопласт, опять же, внутри…

— Что же делать? — почесал затылок человек в куртке.

Вместо ответа электрик опустил свой чемоданчик у стены и направился к моей двери. Я едва успел убрать глаз от замочной скважины, слишком поздно сообразив, что он собирается делать. В полной неподвижности застыл я на корточках со своей стороны, по шороху движений догадавшись, что почти в той же позе электрик приник к двери снаружи. «Только бы Юрико сейчас не выдала своего присутствия! — мысленно взмолился я. — Только бы проскочить — я бы в храмовом хайдэне

Нам повезло: почти беззвучно работавший компрессор холодильника, стоявшего буквально в нескольких шагах от меня — сразу за углом кухни, отключился, заставив это чудо техники затрястись, лязгая какими-то таинственными частями. По ту сторону двери раздался облегченный вздох и шорох одежды — электрик разогнулся, оторвав ухо от фанерной облицовки.