— Но мы решили, что это не шутка и не мистификация? Вы говорили о появлении идей из ничего…

— Не из ничего, — покачал головой Хьюго. — Из уже имеющейся информации, которой стало слишком много. Смысл рождает смысл. Почему новый смысл должен быть изложен человеческим языком? Если информация способна сама себя рождать… Может, существует некий природный язык?

— В этой книге, — медленно произнесла Мария, будто в трансе, — столько же знаков, сколько в Пятикнижии. Бог продиктовал Моисею Тору на горе Синай, и Моисей записал то, что слышал, на своем языке. Но говорил ли Бог на любом из человеческих языков? Или это были образы, которые Бог вкладывал Моисею в голову? И Тора была изначально создана Богом на его языке? На языке с бесконечным количеством смыслов? На языке, каждый знак которого соразмерен Вечности? Может, эта книга и есть истинное Пятикнижие, написанное на единственном языке, охватывающем все пространство и все время? На языке Бога?

— Мария…

Девушка вздохнула, провела ладонью по белой обложке и отдернула руки.

— Вы на самом деле думаете…

— Почему нет? — с вызовом сказала Мария. — Разве не появилась книга из ничего? Разве не написана она на несуществующем языке? Разве хоть один символ повторяет другой? Разве число символов не равно…

— Да-да, — нетерпеливо сказал Хьюго. — Но бумага… Брошюровка… Клей…

— Разве книга книг непременно должна быть написана на папирусе, пергаменте или другом экзотическом носителе? А если бы это оказался файл в вашем компьютере?

— Было бы естественнее, — кивнул Хьюго. — Когда у меня возникла идея о том, что информация самопроизвольно родила информацию, я сказал себе: «Почему книга? Это должен быть файл».

— Должен? — переспросила Мария.

— Вы правы, «должен» — не то слово, но я подумал…

Хьюго смутился и замолчал, глядя на белую матовую поверхность обложки. Показалось ему или действительно книга за прошедшие часы стала немного темнее?