Расположившийся на заднем сиденье Юрий Рощин глядел на пейзаж за окном и думал: «Не врали, значит. Все-таки существует в горах сверхсекретный аэродром».
Об этом часто писали падкие до сенсаций журналисты. Якобы внутри гор на Южном берегу Крыма построен аэродром для защиты правительственных дач. Самолеты, дескать, разгонялись по специальным тоннелям, выходящим в сторону обрыва, и, взлетев, сразу же оказывались над защищаемым объектом. Приземлялись истребители на яйле — плоскогорье, расположенном под обрывом стартовых тоннелей и уже по другим тоннелям возвращались в секретные ангары.
Попетляв еще немного, «Волга» затормозила перед неприметными зелеными воротами с красной пятиконечной звездой. Из таблички на КПП значилось, что это специальный радиотехнический батальон. Таких воинских частей по всему Крымскому полуострову было понатыкано множество и в самых невообразимых местах.
Часовые внимательно проверили документы, и после этого ворота с лязгом разъехались на направляющих. «Волга» проехала дальше, миновав чисто выметенный плац со щитами по строевой подготовке, и остановилась у здания штаба. Дальше тянулись ряды казарм и различные здания с антеннами.
Внешне это все и походило на радиотехнический батальон, если бы не характерные плоские антенны станций обнаружения и наведения зенитно-ракетной системы С-400, которые выглядывали из-за деревьев и масксетей, массивные камуфлированные колонны ТПК1 боевых машин и прикрывающие их зенитные ракетно-артиллерийские самоходки «Тунгуска».
В штабе полковника Рощина встретил генерал- майор и, не откладывая дела в долгий ящик, протянул карточку магнитного пропуска, на котором еще дополнительно был нанесен штрихкод для лазерного сканера.
— Пойдемте. То, что вы сейчас увидите, — одна
из наших самых охраняемых тайн.
* * *
Юрий Рощин шел вместе с генерал-майором, который так и не представился, и с офицерами, которые привезли его сюда, по наклонному коридору. Сводчатый потолок из фортификационного бетона освещался редкой цепочкой электрических плафонов в защитной сетке.