Но земляне не могли освоиться с их сложными играми. Они были неуклюжи и все время спотыкались. К тому же Грэхему мешал позитронный пистолет, который он постоянно носил с собой. А когда обитатели планеты уставали от игр и отправлялись в мир мысли, земляне и вовсе не могли следовать за ними: те уходили поодиночке. Какой-нибудь загорелый юноша или столь же загорелая девушка просто покидали общество своих товарищей, чтобы растянуться на траве, глядя перед собой отсутствующим взглядом.

Они не работали. Зачем? На деревьях росли вкусные, необыкновенно сытные фрукты - это и была вся их еда. Сарл, бормоча что-то про себя, осмотрел деревья и фрукты, а Нард объяснил, что их урожай в точности соответствует численности населения. Все это было предусмотрено еще в далеком прошлом. Грэхем пробормотал: "А у вас тут как будто все предусмотрено". Это ему не понравилось.

Когда Грэхем спросил про правительство, Нард с трудом понял, что его интересует. Правительство? Он не знает, что это такое - идея власти одного человека над другими. В конце концов он понял.

- Никакого правительства у нас нет. Каждый поступает так, как хочет. Наши отцы очень долго боролись за то, чтобы мы могли обходиться без правительства. Это была их мечта.

- Но разве у вас не бывает несогласий?

- Несогласий? Нет. Мы цивилизованны. Мы разумны.

Грэхема поразило, что ответ был неоспорим. В подлинно разумной цивилизации не должно быть причин для несогласий. Но...

Шли дни. Грэхем и Сарл пытались понять эту жизнь и как-то участвовать в ней, но это было трудно. Оба поглядывали на город - на древний город, мирно спящий под желтым солнцем... Нард говорил, что там есть библиотекибиблиотеки, где собраны все факты..,

Понемногу Грэхем и Сарл поняли, что ими овладевает тоска по дому. Здесь они были в раю, но им было нужно не это. Здесь царили мир и разум, но все чаще и чаще они поглядывали на город.

Они оставались детьми Земли, а жизнь на Земле была бурной, полной борьбы, суеты, суматохи.